Дневник

ДНЕВНИК

DY — I .0I

Человек действительно любит, когда чувствует саму суть другого человека.

Тогда любой человек может полюбить и может полюбить любого другого человека?..

Спокойствие. Каждый элемент на своем месте. Вода, словно ветер, окутывающий странника, проникает в каждую скрытую полость скрученного в шарик листа. Раскрываясь, постепенно, он отдает свою силу без остатка воде. Дракон на гайвани оживает и плавно извивается, словно говоря о неистовой силе напитка внутри.

Железная Гуань Инь обволакивает полость рта, оставляя металлический привкус внутри. Постепенно проникает вглубь тела, согревая его и создавая свою, серого цвета, ауру. Ударопрочность мозгов за пределом, мысли, словно осы, пробивают сознание, открывается истина собственной деятельности.

После «помывки» и «женитьбы» чудесный напиток чист, и множественными завариваниями отдает всю мудрость каждый лист, при этом умирая, превращаясь в ничто.

Я должен оставаться жестким. Только таким странник может существовать и выживать в этом мире. Его путь далек и бесконечно разнообразен. Семь вдохов и семь выдохов — путь решения любой задачи и принятия даже самого трудного решения.

На пути встречается разное, самое примечательное это люди. С ними нужно быть всегда на чеку. Порой может показаться, что сворачиваешь с пути и привал где-то в стороне. В действительности, путь прокладываешь ты сам и никто не подсказчик страннику. Отношения, которые могут возникнуть между странником и людьми — только часть пути, они возникают, длятся и исчезают в ничто, словно лист Железной Гуань Инь.

6 января 2014

 

DY — I .II

Явление Мотива создает Событие

Как чайный лист медленно раскрывается в гайвани, степенно отдавая свое естество воде, так собственными поступками человек отдает дань этой жизни, совершая События.

Изменить мир вокруг, значит подчинить себя этим изменениям. Прежде всего необходимо начать меняться самому. Здесь нет правил, только причины. Явление Мотива создает Событие.

Подчинение цели стать неуязвимым к любым внешним проявлением, как позитивным, так и негативным есть смысл пути странника. Абсолютная отрешенность и бесконечная уверенность в следующем своем шаге создает возможность появления Мотива.

Трезвость ума, как средство, позволяет исключить саму возможность появления причин и среды для возникновения тех или иных Событий. Тем самым создается платформа, в которой любая, переживаемая в данный момент времени, ситуация исключает возникновение неожиданных Событий. Тогда все становится частью единой системы, которой, при определенном мастерстве, можно управлять и самостоятельно включать в нее, как модули, собственные события, контролируя при этом ожидаемый результат.

Как возможность множественной заварки хорошего чая, осуществляя работу над собой и собственной жизнью, в результате — полное удовлетворение от вкуса и собственных ощущений, полученных путем простых движений и наблюдений за происходящим.

14 января 2014

 

DY — I.III (Пролог)

Тишина, только ветер порывистый свистит и задувает по ухабам. Сухая земля под ногами, где редкая степная трава серого цвета изгибается под натиском ветра. Тишина. Спокойствие, теперь я спокоен. Уже ничто не может меня беспокоить. Я полностью поглажен этой неистовой тишиной и безмятежным ветром. Я стал тишиной.

Серого цвета небо, по которому быстро плывут сине-черного цвета тучи, ласточки — предвестники дождя. В воздухе пахнет дождем. Высохшая земля жаждет влаги; как я жажду тишины, не могу никак ею насытиться…

До самого горизонта — степь. Сумерки и долгожданное спокойствие. Я ждал этого момента всю жизнь.

Это словно смотришь на самого себя в зеркало вплотную. Единственное отличие – это то, что я с легкостью могу разглядеть любую часть себя, каждую точку лица, каждую ниточку, ворсинку одежды, именно вплотную, кажется от меня до того, что я вижу сантиметров пять, не больше…

Перед моими глазами мое точнейшее отражение. Здесь есть только я и ничего более. Черное пальто по классике, я вижу каждую его ворсинку, каждый скатанный шарик, ровные швы и полы, лежащие на земле. Рубашка на голом теле – синего цвета – очень яркая, потрепанный ее воротник, пуговицы и даже редкие коротенькие ниточки, торчащие из швов в прорезях под пуговицы…

Руки. Довольно небольшие кисти, испещренные глубоким рисунком. Вены, пересекают тыльные стороны, словно реки в глухой пустыне. Руки, повидавшие немало за столь короткую жизнь…

Слегка оттопыренные уши – да уж, я не красавец. Кроткие волосы, среди которых то и дело попадаются седые, как бы я коротко не стригся, чтобы это скрыть. Ровно выбритые виски и кантик на шее. Легкая, но уже равномерно растущая, щетина. Здесь есть и черные, и темные русые, и даже попадаются рыжие волоски…

Искривленный в двух местах нос, торчащие из него редкие волоски. Поперечный шрам на щеке, рисующийся здесь лет с пяти или шести. Я помню, как я его получил – это была детская глупость. Та собака была размером с меня…

Губы шелушатся от ветра. Тонкая прозрачная кожица маленькими чешуйками торчит во все стороны. Темно-алые, пересекаются множеством продольных канавок. Грубые, некрасивые губы…

На щеках, лбу, подбородке я могу разглядеть каждую ямочку и неровность, не говоря уже об острых скулах и впадинах. Поры на лице – чистые, крупные, видно даже то, как белые тоненькие волоски растут из них…

Брови, словно козырек крыши, надвинуты на глаза – томные, грузные. Они уже не блестят, как когда ранее. Темные карие, на фоне уже не белых белков, словно прожекторы бьют вперед, создавая у наблюдателя ощущение прикосновения. Такой взгляд называют тяжелым. Один глаз открыт сильнее, нежели второй – знак частых моих сомнений и негодований…

Более всего интересно то, что за свою жизнь я никогда не разглядывал настолько пристально свое лицо, вообще себя. Видимо, это единовременное отражение накопившихся с годами образов, наложение их один на другой. При этом я абсолютно уверен, что дотронувшись до себя руками, ни мой мозг, ни мои глаза или руки меня не обманут. Хотя, это только органы, воспринимающие окружающее лишь на основе ассоциаций, устойчиво закрепившихся в процессе моей жизнедеятельности. Их реакции можно легко поставить под сомнение.

Я слышу музыку ветра, рваного ветра. Я чувствую, что он дует весьма сильно, но мое тело при этом неподвижно. Только расстегнутое пальто колышется на мне, хотя и движения ткани несоизмеримы с ощущениями порывов ветра. Он мягко проходит между пальцев. Мне тепло.

Стоп. Что это? Словно невидимыми нитями, выходящими из всего моего тела, я ощущаю чье-то присутствие. Это вовсе не похоже на то, как неведомая сила заставляет тебя обернуться в сторону человека, пристально смотрящего на тебя. Нет, это гораздо сильнее, кажется, волосы на моей голове встали дыбом, а по телу побежали мурашки. Но я этого не чувствую. Ничего не чувствую. Я лишь вижу собственное отражение, свое лицо, четко перед своими же глазами. Здесь кто-то есть! Явственно ощущая присутствие позади меня кого-то, во мне нет паники, не знаю почему, я абсолютно спокоен. Это словно остаточная привычка. Все время она есть в твоей жизни, а потом в одну секунду она так или иначе исчезает, и уже спустя какое-то время происходит то, что снова подталкивает тебя к ней, но тело забыло, что это, а мозг все еще помнит, и в голове возникает конфликт понимания-осознания.

Он стоит позади меня. Только ветер отделяет меня от него. Затылком вроде бы я ощущаю присутствие некоего предмета. Это пистолет и он смотрит мне в затылок. Глухой выстрел и кажется, что звук почти замер в окружающем пространстве, продолжая очень медленно распространяться. Я слышу, как двигается затворная рама пистолета – медленно назад, окно выбрасывателя открывается и из него плавно вылетает гильза, затем медленно вперед – вижу, как я закрываю глаза, и лишь ветер все не утихает, сильный, порывистый…

05.04.2013 – 14.05.2013, 1 февраля 2014

 

DY — I.IV (Королева)

Проваливаясь в пустоту сознания, как тоже я читаю в глазах «королевы» из толпы…

Временами, словно проваливаясь в самого себя, погружаясь в безмолвную тишину собственного сознания, не замечаешь того, что происходит вокруг. Настолько зашлифованный жизнью и бытом обыденности, хочется погрузиться в, и без того неистово манящую, волну отрешенности.

Взгляд замирает на одной точки и, не мигая, может застыть там на долгое время, отчего, вернувшись из этого странного состояния, резко режет глаза; словно их засыпало песком. Никогда ранее не обращал на это внимания.

Что-то подобное я вижу и в ее глазах. Возможно она чувствует тоже, когда ее бездонные глаза замирают не мигая на несколько мгновений. Кажется, вся прожитая жизнь сейчас пролетает перед ней.

Она, безусловно, королева. Нет здесь громких слов и лести здесь не место. Она — королева. На вид ей можно было бы дать около пятидесяти с чем-то. Она ухожена и тщательно следит за собой всю жизнь. Она любит быть красивой, и не столько для публики, нет, для себя. Она стремится к этому на протяжении всего своего пути.

Белого с рыжим цвета шуба, вязанная шапка, все просто, но все с каким-то неповторимым вкусом, размеренностью, которую теперь она может себе позволить. Она этого добилась сама, она это заслужила. Обычно на ней юбка, но сегодня джинсы, ботильоны и белые тонки перчатки скрывают морщинистые руки. Все недостатки спрятаны, ведь они есть у всех, но не все о них знают, не все их скрывают, но не она. Ее лицо пересекают две глубокие морщины старости. Они плавно огибают уже неспадающие мешки под глазами, и пропадают на скулах около рта. Загоревшая, очевидно в солярии, кожа щедро, но в меру покрыта женскими штучками, делающими кожу бархатистой и нежной. Она прекрасна. Все в ней выдает ее стать, заслуженную стать и несколько превозносит ее на фоне серой массы вокруг.

Она не замужем, это видно, как и видно то, что эта тема ее не интересует, как не интересуют ее и отношения с мужчиной в целом.

Глаза глубоки, как бездна. В них я вижу пустоту и самоутешение от совершенных поступков. Безмолвная пустота, скрывающая в своих недрах все: эмоции, чувства, мысли. Все остановилось, есть только пустота сознания в этих нескольких мгновениях.

Она мигает и закрывает глаза, немного прищуривая нижние веки — это песок бремени прожитой и пережитой жизни. Возможно, в ее бездне я вижу свою и все это мне кажется. Я словно во сне. Но ощущения бесконечно реальны и я никак не могу выйти из этого сна. Не хочу выходить из этого сна. Она прекрасна, она королева…

14 февраля 2014

 

DY — I.V

Мои мысли убивают во мне солнце и свет внутри медленно гаснет. Я нарочно ввожу себя в прострации, извлекая при этом суть вещей. Я мазохист, причиняющий боль больше другим, чем себе. Живя жизнью других, я мог бы достичь предела желаний, но мне это не нужно. Отсюда течет река жизни моей. Не мне отвечать на вопрос почему это есть так. Множество раз я задавал этот вопрос себе и Богу, но ответ так и остался в дымке безмолвия и тишины, о которой я так мечтаю.

Тем самым, все больше уходя вглубь этого безмолвия, я все глубже увязаю в своих прострациях, я уже не могу этого остановить. Я не превозношу себя, но и не гонюсь за ценой, ведь только торгаш гоняется за ней, в поисках выгоды.

Даже бойцовые рыбки спокойны и отчужденны когда для всех хватает места. Мне душно в толпе и невероятно мало близкого человека, когда, даже, он рядом. Неважно то, что это никак не проявляю я, но чувства мои как невидимые нити выходят из моего тела и цепляются к человеку, жаждут его.

Я мазохист, тянущийся к близкому, но мои поступки неявны ему и я тем пугаю его.

20 февраля 2014

 

DY — II.I (Девушка)

Эта девчонка экстравагантна и, порой, на столько же непредсказуема, насколько спокойна и непоколебима. Ее запах — это чистая метаморфоза белоснежной свежести и аромата степных трав, что отдают свою силу, энергию и здоровье далеко не каждому. Невысокого роста, крепкого, да, пожалуй, так, вовсе не толстая, именно достаточно крепкого телосложения девушка пред стала передо мной. Ширина ее плеч, возможно, даже больше ширины в бедрах. Но ее бедра, наверное, если не самые, то точно одни из самых красивых и крепких, действительно крепких, ибо в постели запросто может событие раз виться таким образом, что невольно засомневаешься: кто в чьей власти. Хоть рост ее и не велик, но все в ней гармонично и пропорционально; все в ней естественно и первозданно.

Волосы ее темны и, подобно широкой мощной реке, прямы и длины. Лицо, словно, ровная гладь еще неизведанного человеком озера. Веки напоминающие прямые расщелины в скалах, скрывают черные, глубокие глаза — впадины.

Драгоценности этой необычной девушки это ее грудь, по форме подобная скалистым горам, высящимся на бескрайней степи равнины. Треугольной формы с круглоквадратными возбужденными сосками, дарующими наслаждение не только ей, но и тому простаку, который удостоился чести прильнуть к ним губами.

Крепкие рабочие, но при этом нежные руки ее могут держать карающий меч, а могут возвести мужчину до небес удовольствия.

Хакасия — республика, красотка, органично сочетающая в себе все: она и богиня, и воительница, и крестьянка, и мать. Настоящая, добрая, но справедливая и сильная — в ней есть и палящее солнце и мощная гроза.

07.07.2015 — 08.07.2015


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *