Рапсодия

Пролог

Мой дорогой читатель, прежде, чем решить, читать ли дальше или же оставить это для более (или менее) искушенного читателя, наверняка, ты захочешь знать, о ем же здесь пойдет речь. Так или иначе, но я не в силах дать тебе четкого ответа на этот вопрос.

Я постарался здесь дать оценку некоторым ценностям человека, и предоставить читателю свое мнение о них так, чтобы он мог согласиться или не согласиться со мной, но, все же, обратить свой взор на вещи, о которых я решил вспомнить.

Здесь я не мог ни упомянуть о своем старом друге Ли Чжоу. Однажды, я уже рассказывал тебе о нем в работе «Правдивая история Ли Чжоу», где я познакомил тебя с ним. Он многому меня научил, и о многих вещах поведал мне. Открою секрет: мы были с ним близкими друзьями, и много времени проводили вместе. Мы часто встречались, делали ту или иную работу вместе, подолгу беседовали, спорили. Однако же, не суждено мне больше встретиться с ним в этом мире. Возможно, в другом… Быть может, в будущем тебе, мой друг, я поведаю о нем еще что-нибудь интересное, а может быть даже смешное, комичное.

Долгое время меня не посещала муза, но печаль моя в связи с, еще не забытыми, событиями, дала мне силу закончить эту работу. За последний год не родило мое больное воображение, сознание ничего стоящего, и память моя стала меня подводить. Но вот муки их легли на бумагу, и ты, мой читатель, не суди меня строго, если найдешь здесь дерзость или глупость. Это лишь мое видение простой череды событий этой бренной жизни. Я постарался изложить здесь свои мысли так, чтобы, никуда не спеша, ты мог, читая это, отстраниться от всего происходящего, как я сейчас. Сижу себе спокойно в кафешке под открытым небом. Ранняя осень, но солнце еще светит, хоть и не дает тепла. Моя кафешка стоит на берегу реки, и легкий прохладный ветерок от нее обдувает меня. Я слышу, тихо играющую, песню Sting – «Shape of my heart», и я спокоен. Я чувствую умиротворение, и делюсь им с тобой, мой друг.

27 сентября 2014

 

Эпизод I

«Чтобы что-то действительно принимать,нужно научиться полностью подчиняться
своей воле, и уметь отдавать все без остатка…»

7 июля 2014

«В одну реку дважды не войти»
Пословица

Этот запах забыть невозможно. Идеальная женщина..

Коридоры с деревянными полами, простирающимися вдоль всего дома, скрипят, и хрустят под ногами. Стены синего цвета, со сколами краски, морально давят, словно находишься в больнице. Везде, вокруг пепел от сигарет. Хочется курить, но от увиденного уже не хочется ничего. Странные люди иногда проходят мимо, как-то неприятельски, глядя в его сторону. Неприятное, в целом, место. Железная дверь отделяет несколько комнат от коридора, и здесь гораздо чище. Комната — чистый уголок на фоне увиденного. Скромно, чисто, весьма уютно — новое пристанище вечно идущего. Тяжело всегда идти, одному втройне тяжелее, но идти нужно.

На втором и третьем этажах, порой, снуют алкаши, в глазах которых читается только состояние отрешенности от окружающего мира. Па пятом — девушки, женщины легкого поведения. Их работа одна: удовлетворение желаний просящего. Лишь бы у того было, чем платить. Удовлетворение других, не себя — такая работа.

Он зашел в подъезд. Медленно поднимаясь по серой бетонной лестнице, понимаешь, насколько печально здесь живут люди. Ее запах внутри, он будет помнить его даже после смерти.

Прошло уже больше месяца, как он обитает в здешних краях. Ни с кем не знакомится, избегает встреч с «местными» — «приключения» ему не нужны. Настоящий затворник. Работа и дом, на остальное не остается ни времени, ни сил,
моральных сил, ни воли.

Медленно, но верно, ноги ведут Его на пятый. Их сутенеры, конечно, не здесь, но и разбираться, когда они приедут, никто не хочет. Ему нужна женщина. Это не
тоска, это желание природное, желание секса, природное желание женщины. Без обязательств и отношений. Железная дверь распахнулась перед ним, подняв голову, он увидел ее.

— Что хотел? — раздался ее голос.
— Я и сейчас хочу,- ответил он, — мне нужна женщина.
— Уходи, пока цел! — почти с надрывом сказала она.

Ее длинные светлые, крашеные волосы спускались по плечам ровными прядями. Красивая девушка. Через рубашку и бюстгальтер угадывается второй размер груди. Она уже почти развернулась, захлопывая дверь квартиры, но он успел, как то спокойно, с жаждой помощи, промолвить:

— Пойдем со мной!?
Она остановилась, замерла, а дверь перестала закрываться. Пара секунд молчания.
— Нам не по пути… — расстроено и на выдохе, от глубокого вздоха, ответила она.
— И? — сказал Ли Чжоу, делая глоток чая.
— Дальше Он мне пока не рассказывал, — ответил я. Я поставил пиалу на стол. Сильный чай, я почувствовал расслабление, медленно растекающееся по всему телу. Руки онемели. Теперь ноги.

Ли закурил свою трубку, что я ему подарил, красного дерева, с большой чашей из бриара. Дым и запах тлеющего табака наполнил жилище Ли. Я взглянул наверх, сквозь небольшое отверстие в крыше, через которое выходил дым очага. Смеркалось, небо было чистым, и сулило заморозки с утра.

Я устал, и не заметил, как уснул. Медленные, почти незаметные для уха, шаги пробудили меня. Я очнулся, и приподнялся с топчана. Ли уже вовсю занимался своими делами. Вода на огне быстро вскипела, и мы принялись пить пуэр. Завтрак был прост, но вполне питателен: рис, приготовленный с овощами, кебаб из птицы и пуэр, судя по вкусу, года 2005. Позавтракав, я вышел из юрты, и завел машину. Выходные подходили к концу и, как не хотелось мне возвращаться в город, нужно было ехать. Как обычно, я поблагодарил друга, пожал его руку и приобнял его. Спросил, нужно ли чего. Ли, как и всегда, ответил, что ничего не нужно. Моя машина несла меня в город — круговорот эмоций и поступков, что так часто совершаются, основываясь именно на эмоциях!

7 июня 2014

 

Эпизод II

«Жаль, что все так, потому что теперь это только воспоминания…»
4 сентября 2014

«Почему Он не отвечает мне? Когда я обращаюсь к Нему с мольбой о помощи, Он не являет мне своего Гласа. Когда я обращаюсь к Нему, Он нем.» – спросил я просебя.

Ли Чжоу сидел на топчане в дальнем углу юрты. Хоть она и имеет снаружи форму круга, внутри она представляется входящему иначе.

На улице смеркалось, и стало холодать. Утром выпадет роса, и запах сырой растительности наполнит поля. Мы пили чай, и он уносил мое сознание куда-то далеко. Я не знаю, что происходило тогда со мной. Но один вопрос мучил меня, и рвался наружу, ища ответ. Тепло очага, в котором медленно тлели мореные дрова, найденные Ли у реки, разносилось по юрте. Оно медленно «убаюкивало» меня. Я еще раз скажу, что не знаю, что тогда происходило со мной. Я видел только темные, мутные глаза Ли. Его рот, словно, замер в открытом состоянии. Его голос был, словно, измененным, я не узнал его, и даже немного испугался, но ничего не мог сделать, не мог пошевелиться. Я мог только слушать.

— Я плохо знаю вашу веру, вашу религию, но знаю одно точно: нирваны может достичь каждый, здесь, на Земле. Вы называете это Раем. Он рядом, за каждым углом, вы видите его каждый день. – он сделал глубокую паузу.
— Слишком много греха в тебе самом. Посмотри, простые вещи, что ты делаешь каждый день: куришь, плюешь, ругаешься, и на других людей тоже! Грехи не прощаются, и там, в Книге Мертвых, все записывается. Ничего нельзя изменить. Даже если ты уйдешь в монахи, в церковь, дацан, и будешь молиться о прощении всех нас, ты не сделаешь, ровным счетом, ничего. Все, все поступки, что ты совершил, ты не в силах изменить. Тебе с этим жить!

Он замолчал, и еще более погрузился в темноту юрты. Пустота в душе и невыносимый груз давят внутри, и я не знаю, как это исправить. Ли неожиданно продолжил:
— Вспомни тех людей, которым ты сделал больно. И вспомни, что ты сделал, чтобы хоть как-то загладить свою вину перед ними? Ничего! Это и гложет тебя, замедляя дыхание, и образуя ком в груди. Грех словно копилка. Копиться, как снежный ком, все более увязывая тебя, и клоня к большему греху.

Вспомни: «не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего» (Исх. 20:2-17). Что же ты ослушался Бога своего, совершил бóльший грех, чем ранее в своей жизни? Останови этот ком, несущий тебя в бездну! Помни, Рай всегда рядом!

Я поник, но ответил:
— Но как же любовь? Ведь именно она вела Его к сотворению всего!
— Создал Бог все, и увидел, что это хорошо. Но был разочарован в том, что творение его совершило грех, нарушив закон Божий! Это был первый грех, совершённый человеком. Он убивает любовь. Нарушая правила Его, ты убиваешь любовь. И посмотри вокруг, люди вязнут в нем, все больше и больше, даже не задумываясь об этом! Сами, по своей воле! Господь дал людям волю, и что стало!? Посмотри вокруг: птицы, растения, вся природа — это сад Райский, что создал Господь и подарил человеку, и что с ним стало теперь!?

Противоречие. Ты любишь, и идешь к любви, но твои шаги топчут ее, и она превращается в разочарование и боль, что не дают тебе спать по ночам. Измени это!

Последняя фраза прогремела во мне словно гром! Я закрыл глаза и, открыв их, я не увидел Ли. Его не было.

Его и не было никогда. Ли Чжоу — это я. Медленно, но верно, я схожу с ума! Я вспоминаю. Мутно в голове. Эту юрту я купил, и построил сам! Этот очаг… Я сам ходил по берегу и собирал ветви. Это я был в лесу тогда, и все видел! Кто тот человек, что гнался за своим отцом, чтобы сказать ему «Папа! Здравствуй!». Это был я тогда на мосту…

Картинка перед глазами поплыла в сторону. Я заметил, как ожившие драконы на пиалах с чаем извиваются, и просятся наружу. Я упал на бок, с трудом, перевернулся на спину. Я видел звезды через отверстие в крыше. Дрова в очаге шипели, издавали звук хруста. Дым от него медленно поднимался наверх. Завтра будет роса…

23 сентября 2014

 

Эпизод III

«Что вы зовете Меня: «Господи! Господи!» — и не делаете того, что Я говорю?»
(От Луки. 6:46)

Осень. Осень — это не только сырость, серое небо и грязь. Осень — это еще и, ярких цветов, листья увядающего леса; освежающие дожди, дающие надежду на обновление всего. Это все цвета природы, вся палитра, которую можно увидеть только осенью!

Среди этого необычного леса на большой опушке крепко рос большой Клен. Из комля его выходили три ствола, образующих к верху огромную крону насыщенного ярчайшего желтого цвета. Он одиноко рос посреди опушки, а позади Него был небольшой овраг с пологими краями, наполненный водами осенних дождей. Вода была прозрачна, и сквозь нее виднелась трава на дне. Древо медленно бросало свои листья в воду…

Это завораживающее зрелище было воистину великолепно. Причудливой формы желтые листочки медленно опускались, играя цветом в лучах закатного солнца. Его лучи отражались в овражной воде, придавая спокойствие и умиротворение самой ситуации.

Прижавшись спиной к Клену, затаив взгляд, Он смотрел где-то перед собой. Серого цвета ряса спускалась с плеч Его, и медленно колыхалась от малейшего дуновения ветра. Лица его невозможно было разглядеть. Нет, не из-за ракурса, не из-за вечернего томного солнца, что подходило к горизонту. Просто, Он был безликим, и лица его не представлялось возможным увидеть человеку. Это не был человек.

Позади, на берегу в подобных одеяниях сидел Его собеседник, прижав, и обхватив руками колени. Он смотрел то вдаль, поверх леса, то на воду.
— Послушай, — сказал тот, что стоял у дерева, — посмотри, какое великолепие вокруг! Воистину, это лучшее творение Господа, отца нашего! Люди почему-то этого не видят, потеряли тот взгляд, что был у Адама…
— Взгляни на листья, — отвечал второй, — они медленно опадают, устилая собой все вокруг, и землю, и воду. Природа готовиться к обновлению. Всё идет своим чередом, давно установленным порядком, всё как Он и задумал, от начала времен.

Все листья разной формы и оттенков, хоть и упали с одного древа. И не встретишь ты двух одинаковых, как не найдешь и двух одинаковых звезд на пути к Нему. Любовь Его, воистину, безгранична, и она содержится в каждом листке, в каждом цветке, в каждой капле воды, во всем!..

— Ты прав, мой друг, Сад его великолепен и полон Любви. Весной лес расцветет, и вся природа наполнится силой и красотой, что невозможно описать словами. Все обновиться, и обновление это невозможно без увядания природы сейчас! Но почему люди бояться смерти, разучились видеть эту любовь, ведь, не смотря ни на что, она направлена на человека,  ведь он венец Его творения, любви Его. Человек первым грехом своим начал свою новую жизнь, и грех этот с тысячелетиями приумножился, и затмил взгляд его. Добро и Зло, Ад и Рай были, и есть всегда рядом, под каждым камнем, за каждым деревом. Человек сам делает выбор.

Господь дал ему Волю, и человек распорядился ею не разумно. А теперь платит за долги свои из рода в род по сей день, при этом преумножая свой грех. Пырхается между Добром и Злом, словно слепец в мире камней, при этом все больше увязая в сомнения и коллизиях судьбы.

Слепец! Цепляясь за материальное, человек утерял дар видения истинного хода событий, стороны вещей. Отсюда его страхи и опасения. Ведь смерть — есть естественный ход событий в природе. Все в нужное время исчезает, даря возможность возникнуть чему-то новому, лучшему!

— Ты прав, брат мой. Пора возвращаться. Нас ждет много работы. Все же, какая красота. Мне даже хотелось бы остаться в этом мире…
— Возможно, мы поговорим об этом когда-нибудь…

Я сделал шаг вперед, выдав свое местоположение. Когда я подошел к Клену, лишь столбик, поднятых вверх, листьев успел я застать. Они поднялись немного выше меня, и медленно опустились вниз. Я успел поймать один из них в воздухе. Он остался в моей руке. Глядя на него, я присел на берег оврага, и не смог оторвать глаз от закатного солнца, чьи лучи отражались в воде, сплошь устланной листьями древа. Истинная красота…

КОНЕЦ

24 сентября 2014


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *